Требуется невеста, или Охота на Светлую

~ 2 ~

Впрочем, нет! Единственное, что способно заманить меня в дом к темным, – это обещание крупной премии и угрозы хозяйки агентства. Я уже давно отвыкла от роскоши, оставила все в прошлом. К которому больше никогда не вернусь и возвращаться не хочу.

У ворот темным рядком стоит около дюжины аэрокаров. Служебные машины вроде той, с которой я последние несколько месяцев пыталась подружиться. Едва успеваю приземлиться, как от стены отделяется охранник, крупный бритоголовый детина, и подходит ко мне.

– К сонорине Сольт? – интересуется он бесцветно.

Киваю и в свою очередь вежливо представляюсь:

– Меня зовут Эления Лэй. Свадебное агентство «Фелисидад». Сонорина Сольт сможет меня принять? – Протягиваю ему правую ладонь, с которой охранник считывает сканером мой персональный код.

Отступает и ждет, пока дверца аэрокара мягко отъедет в сторону, чтобы потом помочь мне выйти из машины.

– Сможет, но вам придется подождать. Следуйте за мной, сонорина Лэй.

Следовать мне за ним никуда не хочется, но сбежать сейчас означает рискнуть работой и остаться без премии.

Третий контур, Ленни. Думай о районах за третьим контуром, таких спокойных, таких зеленых. Лите там понравится. И не придется каждый день тратить по часу, чтобы добраться до агентства и обратно. Вряд ли Хорос посреди рабочего дня будет торчать дома. Скорее всего, он сейчас в своем офисе, а значит, мне не грозит встреча с этим темным. Главное, чтобы и его брата не оказалось дома.

В общем, прочь из головы все мысли о темных и за работу!

Организую я этому высшему и его невесте свадьбу века. Кто как не феи лучше всего разбираются в этом деле?

Говорят, феи так же хорошо разбираются в любви. Но, как оказалось, в любви я совершенно не разбиралась.

За свою недолгую жизнь длиною в двадцать три года я повидала немало роскоши, но сейчас мне банально хочется открыть рот. Здесь все идеально, начиная от фигурно подстриженных кустарников и заканчивая мощеными дорожками, уводящими к лестницам парадного входа. Они изгибаются дугами старинного лука, уводя на террасы второго этажа. Меня же приглашают пройти на первый, через широкие стеклянные двери. В холл, в котором маются от нетерпения одиннадцать девушек – обладательниц припаркованных у ворот аэрокаров.

Меня они встречают легкими полуулыбками, совершенно искусственными, как будто приклеенными к каменным лицам. Даже с блокаторами я ощущаю их чувства: прямо с порога в меня плещет раздражением и враждебностью. Но на лицах девушек эти эмоции никак не проявляются. Я киваю им, они кивают мне в ответ. После чего секьюрити предлагает мне занять свободное место на диванчике рядом с грудастой блондинкой, сосредоточенно водящей пальцем по экрану сейта.

Заняв предложенное место, коротко улыбаюсь блондинке и бросаю осторожный взгляд на лестницу, мраморные ступени которой ведут на второй этаж, и снова невольно напрягаюсь. Темные чувствуют таких, как я: наш запах, всю нашу суть. Жаль, мы не можем чувствовать их, иначе бы я точно знала, здесь ли сейчас находятся братья.

Эта неизвестность будоражит и немного пугает.

Я, конечно, законопослушная фея и тем не менее предпочитаю избегать даже малейшего внимания со стороны темных. Сейчас мы живем с ними в мире. Не то что три столетия назад, когда фейри (так когда-то звались светлые) безжалостно выслеживали и уничтожали. Устраивали на нас самую настоящую охоту. Больше всего темным нравилось охотиться на фей, которых они отлавливали, ломали им крылья и превращали в свое постельное развлечение, пока не надоест. А когда надоедало, от фей без сожаления избавлялись.

Благо сейчас на дворе цивилизованный двадцать второй век, а не сумасшедший девятнадцатый. Но этот страх, страх перед высшими, до сих пор жив. Мы рождаемся с ним, он словно яд с младенчества отравляет нашу кровь.

– Сонорина Лэй, прошу.

Отвлекшись на мысли о давно ушедшем прошлом, не сразу понимаю, что подошла моя очередь быть представленной будущей первой соноре Грассоры. Подошла, к слову, очень быстро, Фелисия почему-то решила пообщаться со мной прежде других претенденток на деньги Сольтов и Хоросов.

Провожаемая недовольными взглядами, я следую за помощницей новоиспеченной невесты и прохожу в уютную гостиную. Фелисия сидит на диванчике и листает настоящий раритет – глянцевый журнал со свадебными платьями… кажется, еще прошлого столетия.

Хм…

Заслышав шаги, она вскидывает взгляд, и я сразу окунаюсь в тепло ее глаз. Цвета лесного ореха или молочного шоколада, который я так обожаю. Волосы оттенка молотой корицы уложены аккуратной волной, струящейся по покатому плечику. Ей очень идет бирюзовое платье с юбкой, ниспадающей крупными складками. Фелисия напоминает мне модель со страницы того журнала, который она только что с таким вниманием изучала.

– Сонорина Лэй, рада с вами познакомиться. – Она поднимается и, тепло улыбаясь, протягивает мне раскрытую ладонь.

В отличие от девушек в холле, улыбка невесты Хороса искренняя и светлая. Думаю, с ней будет приятно работать. По крайней мере, Фелисия не производит впечатления проблемной клиентки.

Если бы еще у нее в женихах не было темного…

Мысленно велев себе сосредоточиться на здесь и сейчас, пожимаю руку потенциальной работодательницы.

– Спасибо, что согласились уделить мне время, сонорина Сольт, – вежливо улыбаюсь в ответ и благодарно киваю, когда меня приглашают устраиваться на диванчике.

– Нечасто мне приходится встречаться со светлыми, а уж с феями… Вы ведь фея? – тщетно стараясь побороть любопытство, интересуется Фелисия.

– Она самая.

– Вас так мало осталось, – вздыхает девушка.

«Это потому, что три века назад нас перебили высшие вроде вашего жениха», – мысленно отвечаю я, а вслух соглашаюсь:

– Да, в Кадрисе фей немного.

Лично я ни с одной не знакома.

Хотя я вообще мало с кем знакома и почти никуда не выбираюсь. Вся моя жизнь – это Лита и работа.

– Меня всегда интересовало, как вы умудряетесь прятать под одеждой крылья, – задумчиво бормочет Фелисия. – А главное, зачем? – поднимает на меня взгляд.

– Среди светлых до сих пор считается неприличным выставлять их напоказ, – отвечаю я, осторожно подбирая слова.

– Для вас это как обнажиться на публике?

Киваю:

– В прошлом крылья феи могли видеть только ее близкие. А мужчина, с которым она связывала свою жизнь, удостаивался этой чести только в первую брачную ночь. Знаю, что для некоторых светлых наши традиции – это пережиток прошлого, но я их чту.

– Как интересно… И вы работаете в свадебном агентстве? – зачем-то уточняет невеста темного.

– Скорее не работаю, а посвящаю себя любимому делу, – бодро подхватываю я и с упоением продолжаю: – Для меня подготовка к свадьбе является своего рода священным ритуалом. Каждая свадьба – уникальное событие. Каждая пара – особая и неповторимая. Главное для меня, для «Фелисидаде», наполнить месяцы до торжества незабываемыми мгновениями, а саму свадьбу сделать такой, чтобы о ней долгие годы вспоминали с улыбкой на губах и теплом в сердце.

Фелисия слушает меня внимательно, с интересом, и я, ободренная ее реакцией, начинаю делиться с ней своими идеями. Говорю взахлеб, потому что действительно люблю свою работу. Люблю делать людей счастливыми, даже темных, хоть последние практически к нам не обращаются. К счастью.

Вижу, что Фелисии нравятся мои предложения, вижу, что она действительно заинтересована, и уже в мыслях подыскиваю квартирку за третьим контуром, когда сонорина Сольт неожиданно меня прерывает и огорошивает словами:

– Благодарю, сонорина Лэй. Меня заинтересовали некоторые ваши идеи, и я обязательно рассмотрю вашу кандидатуру на роль свадебной распорядительницы. Но, должна сказать, у других агентств предложения тоже очень интересные. В любом случае в ближайшие дни с вами свяжется моя помощница и сообщит о моем решении.

Фелисия поднимается, протягивает мне руку, намекая, что мое время вышло и нам пора прощаться. С трудом заставляю себя оторваться от дивана, понимая, что ее слова – фактически отказ. Уж не знаю, кто и что ей успел предложить до меня, но я не могу вернуться в офис вот с этим: «с вами свяжется моя помощница». Акилла меня по стенке размажет или под воздействием эмоций и правда уволит. К сожалению, она из тех, кто слов на ветер не бросает и решений никогда не меняет.

А я из тех, кому хочется не на улицу, а за третий контур!

У меня ребенок и куча счетов из больницы, а значит… Отбросив последние сомнения, улыбаюсь и касаюсь протянутой холеной ладошки. Виски вспарывает боль. Такая, что хочется завопить в голос. Но я сжимаю плотнее зубы и продолжаю улыбаться, влияя на эмоции Сольт, перекраивая их по своему желанию.

Смотрю ей прямо в глаза, концентрируюсь только на ней и поэтому не сразу замечаю, что в комнате становится сумрачно, что сгустки тьмы, появившиеся словно из ниоткуда, стягиваются в некое подобие человеческой фигуры. А в следующее мгновение жесткие мужские пальцы с силой сжимаются на моем запястье.

Глава 2

Гаранор

– В два у вас обед с сонором Сабасом, на четыре назначена пресс-конференция в Гранд-холле, вечером ужин с сонориной Сольт и ее родителями.