Шизофрен и Я

~ 2 ~

Давайте же посмотрим на наше совместное «звучание» ближе к середине и концу текста, где будут самые драматичные и трогательные моменты, которые пока не хочется раскрывать. Чем дальше, тем насыщеннее и искреннее будут наши беседы…

Ну что же! Читатели, устраивайтесь поудобнее. Уже достаточно много людей написали книги о своей шизофрении, а врачи и учёные издали ещё больше – в том числе и о секретах своей работы, и о переживаниях. В нашем же творчестве всё это переплетается воедино. Мне хочется верить, что это первая подобная книга в мире.

Доктор Чарв: Надеюсь, наше произведение не только будет интересно читателям, но и уменьшит страх по отношению ко всему, что связано с психиатрией.

Приятного чтения, дорогие читатели!

Глава 1. «Никто не может определить, когда началась болезнь»

Доктор Чарв: Здравствуйте! Проходите и садитесь, пожалуйста. Что привело вас ко мне? Расскажите обо всём по порядку.

Алессандро (мысленно): Это агент системы. Агент! Он хочет вернуть меня туда, откуда я бежал!

Алессандро (вслух): Добрый день. Ох, ну и страшно же заходить в ваш кабинет, потому что вы психиатр! Я хочу проконсультироваться с вами «незаметно». Понимаете, что это значит?

Доктор Чарв: Да, я занимаюсь вопросами душевного здоровья. Наверное, вы пришли ко мне, чтобы рассказать о каких-то своих переживаниях? Почему вы боитесь психиатров?

Алессандро (мысленно): Он начинает задавать откровенные вопросы, чтобы разговорить меня. Ведь так и выведает всё, что ему нужно. Он агент! Агент системы! Не хочу. Не хочу возвращаться в неё! У меня свой путь. Однако ему лучше не знать об этом. Мне следует помалкивать и быть осторожным.

Алессандро (вслух): Всё дело в том, что психиатрия – это не медицина. Вы не лечите, а наказываете! А вдруг вы меня на учёт поставите? Вдруг положите в больницу, откуда потом всю жизнь не выбраться? Когда я рассказал своим приятелям, что хочу сходить к вам, они предупредили обо всём этом. Сказали, мне нужно взять себя в руки и перестать забивать голову всякой ерундой. Найти интересную работу, завести отношения с девушкой. Спортом заняться, наконец! Однако у меня свой путь, и он вовсе не в этом. Чёрт побери, проболтался.

Доктор Чарв (мысленно): Все боятся психиатров, тут ничего нового. Наверно, парень до последнего откладывал визит ко мне, но стало совсем невмоготу. Однако пришёл-то он сам, а не родственники привели. Значит, он хоть как-то может критически оценить своё состояние. Это уже неплохо.

Доктор Чарв (вслух): Давайте вместе разберёмся в том, что вас беспокоит. А потом, возможно, я развею ваши опасения по поводу психиатрической помощи.

Алессандро (мысленно): Может, рассказать ему о том, что я испытал несколько дней назад? Я физически ощущал, будто меня распинают. А ну как он мне какую-нибудь «волшебную таблетку» выпишет, чтобы эти ощущения с гвоздями больше не повторялись?

Алессандро (вслух): Ну я расскажу, наверно, только подождите, подождите. А кто такой психиатр? Он делает особенных людей такими, как все, назначая для этого таблетки или уколы, что ещё хуже. А я всегда был другим. Если подумать… Да, я очень люблю думать, много думать. Вы ведь только и хотите, чтобы ваши пациенты вели себя как надо, ну а внутренний мир людей вас не интересует. Ведь это правда!

Доктор Чарв (мысленно): Запутался парень. Даже не может начать последовательно рассказывать о том, что привело к психиатру, которого он так боится.

Доктор Чарв (вслух): Все мы разные, двух одинаковых людей не существует даже среди близнецов, как нет и двух одинаковых листочков на дереве. На что же вы всё-таки жалуетесь?

Алессандро (мысленно): Ух ты! Как красиво говорит! И ведь не поспоришь… Ладно, расскажу-ка я ему. Ведь я ничего не теряю.

Алессандро (вслух): Да сложно сказать, на что я жалуюсь. Мне плохо, и уже давно! Очень, очень плохо! Помогите, пожалуйста!

Доктор Чарв: Попробуйте объяснить своё состояние словами.

Алессандро: У меня всегда напряжены мышцы – кажется, даже во сне!

Доктор Чарв: Продолжайте, пожалуйста.

Алессандро: Ну я поругался с деканом в университете, отчислился по своему желанию. С третьего факультета уже. А всё дело-то в этом профессоре! Он плохо вёл себя со мной: всё время шутил, что я лентяй и вообще неуч. Он надо мной морально издевался! А я святой, со мной так нельзя. Ну ничего, система ещё накажет этого старика! Обязательно накажет. А я не ленивый, я гениальный! Всё схватываю на лету. Ну и зачем тогда учиться? Посидел на лекции полчаса и уже во всём разбираюсь. Я! Я-а-а!.. Ох, каков же у меня мозг. И каков я-а-а!.. Однако мне плохо, доктор.

Доктор Чарв (мысленно): «Святой, гений» – всё это попахивает эндогенностью.

Доктор Чарв (вслух): А в чём именно плохо? В какой момент вы решили обратиться ко мне?

Алессандро: У меня были очень неприятные ощущения на днях. Я просто лежал на диване и пил пенный напиток. Никого не трогал! И вдруг в голове всё закрутилось, и начались какие-то то ли видения, то ли не видения… ну как тут сказать словами? Я почувствовал, что меня распинают, как святого. Прямо гвозди в тело вгоняют! Десятки, а может, и сотни гвоздей. Всё это были физические ощущения, это было со мной! Мне ничего не показалось. А-а-а!.. Вы понимаете, что со мной?

Доктор Чарв (мысленно): Ого, напрягся весь, может выдать возбуждение! Надо сменить тему на нейтральную, а когда парень успокоится, вернёмся к его психотическим переживаниям.

Доктор Чарв (вслух): Понимаю, что собраться с мыслями и описать словами неприятное состояние может быть непросто. Давайте пока оставим эту тему. Расскажите немного о себе: где вы родились и выросли, чем болели в детстве? Как учились в школе?

Алессандро (мысленно): Он агент системы, конечно, но почему-то вызывает у меня доверие. Агенты ведь тоже разные бывают. С этим мне хотя бы комфортно.

Алессандро (вслух): Я родился в провинциальном городе в самом конце восьмидесятых. Мой папа терроризировал всю семью. У них с мамой и бабушкой были конфликты, а мама была в постоянном напряжении во время беременности. Однажды папу отправили домой в деревню, где он спился. Роды прошли хорошо, но я почти не плакал, а смотрел на всё очумелыми глазами. Это плохо, да?

Доктор Чарв (мысленно): Если не плакал, может, была небольшая гипоксия?

Доктор Чарв (вслух): Если роды действительно прошли без проблем, то вы просто могли быть тихим ребёнком – не все же кричат до посинения. А позже, когда подросли, к неврологу не обращались по какому-либо поводу?

Алессандро (мысленно): Я совсем не понимаю. По идее, агенты системы и так всё про меня знают. А раз так, зачем вопросы-то задавать? А этот всё спрашивает и спрашивает. Причём про неврологов, например. Может, никакой он не агент, а обычный врач?..

Алессандро (вслух): В возрасте примерно полугода, когда папу выгнали из семьи, я сильно заболел. Температура была за сорок, нас с мамой положили в детское инфекционное отделение, но все анализы были в порядке. Вот никто и не понимал, в чём дело. Лишь один профессор, к которому мой дедушка обратился по знакомству, приехал в ту больницу и понял, что со мной не так. Он назначил кое-какие уколы, и я выздоровел. Однако диагноз я не знаю, это надо у мамы спросить.

Доктор Чарв (мысленно): Парень не принёс никаких врачебных выписок, как я вижу. Скорее всего, они и не сохранились с тех пор. Жаль…

Доктор Чарв (вслух): Как вы росли и развивались? Не отставали ли от сверстников?

Алессандро: Я долго не мог заговорить, но однажды прорвало. В речи сразу появились длинные предложения и даже истории. Я стал этаким «человеком-радио». Однако тут же и заикаться начал! В дошкольном возрасте был очень болезненным ребёнком. Всё простужался и простужался, в садик почти не ходил. Педиатр в детской поликлинике однажды махнула рукой и сказала: «Ладно, пусть болеет. Всё равно когда-нибудь перестанет». А примерно в пять с половиной лет я столкнулся с этим! С этим!..

Доктор Чарв (мысленно): Судя по анамнезу, некоторая органика всё-таки есть, определённо есть. Хотя по его речи этого пока не скажешь: не торпидный вроде бы, более-менее отделяет главное от второстепенного. Впрочем, он же совсем юный, компенсаторные возможности организма ещё велики.

Доктор Чарв (вслух): Не волнуйтесь, пожалуйста, всё в любом случае в далёком прошлом. Что же тогда произошло?

Алессандро (мысленно): Кажется, когда он со мной разговаривает, он не думает что-то вроде «Ну вот, ещё один! Да когда же рабочий день-то закончится?» Буду рассказывать ему дальше.

Алессандро (вслух): Ну меня записали в коррекционную группу речевого сада, чтобы справиться с заиканием, хотя и в обычном саду у меня всё получалось. И вот, в той группе нужно было молчать! Я молчал около полугода, ведь был очень послушным ребёнком. Тогда как другие мальчишки болтали без умолку втайне от нянечек. Мне в той группе было совсем плохо. Ох!

Доктор Чарв (мысленно): У любого из нас немало детских психотравм. Надо двигаться дальше.

Доктор Чарв (вслух): А в школе как вы адаптировались и учились?